![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
В Новосибирской области медведи открыли глаза, сладко потянулись и покинули жилплощадь. Чудо как хороша весна в этом году. Плюс одиннадцать. Ощущается желание сходить в магазин ближайшей деревни за говядиной. Зима прошла незаметно. Еда снова без шапок и в лёгких куртках.
Жирные, как коровы, медведи бродят по лесным массивам с целью выяснить, в чём дело. Почему лапа изо рта не вынимается. Присосалась лапа. И спать хочется, сил нет. Глаза сами закатываются и лапы подгибаются. И подснежников почему-то нет. Зато трава уже зелёная. Жарко — почему?
Попытка выяснить обстановку у ежей оказалась безрезультатной. С отёкшими лицами ежи сами спрашивают который час и тщетно пытаются дотянуться до яблок нового урожая на спине. Наклюкавшиеся перебродившей ягодой глухари смотрят дерзко. С похмелья сквернословят и петушатся. Шатаясь, взбираются на берёзы и подражают дятлам. Суслики выглядят как переболевшие испанкой. Единственное слово, которое из них можно вытянуть, это — «пить».
Расспрашивать тех, у кого зимой бессонница, не имело смысла. У лося стабильное психическое расстройство. Он в любое время не понимает, где находится. В прошлом году спросили у него: в том ли направлении озеро, лось? Он ответил: «Горячо», — и ускакал иноходью. Из волков слова не вытянешь, как дети малые. Только и делают, что берёзы поливают. Лиса будет молоть языком до вечера. Это тварь такая, что с ней только время терять. Совы глаза таращат, сами в шоке. Одна из них, не зная, что ночью снег сошёл, по привычке бросилась головой в сугроб за мышью. Ещё жива, но диагноз неутешительный. Мыши снизу глумятся, просят повторить на бис.
Пойманный в лесу охотник сообщил: весна наступила резко. И сразу плюс одиннадцать. Сразу стало понятно — двуногое врёт. В марте в Новосибирске холодно. Это знают даже дятлы. Охотника тряхнули и ещё раз спросили: где снег, животное? Снега вокруг не было. Охотник объяснил: снега, действительно, нет. Потому что он зимой пошёл и лёг. А потом резко плюс одиннадцать. Пришли дожди и снег ушёл. От изобилия взаимоисключающих глаголов глухарей наконец-то затошнило.
— Кто куда встал, ушёл, лёг и пошёл, гад? — спросили.
Не выпуская лап из ртов, медведи обступили охотника и потребовали дополнительных объяснений. Тот решил не спорить. Дело было, значит, так. В начале марта были морозы. Потом пошёл дождь. Медведи кивнули: было дело, подтекало в спальни. Потом, сказал охотник, снова ударил мороз и повалил снег. И это не вызывало сомнений. Но через три дня стало тепло, а потом очень тепло. И вот, наконец, плюс одиннадцать.
Ежи поинтересовались, следует ли из этого, что сейчас лето. Охотник ответил, что с точки зрения формальной логики ежи недалеки от истины. Но метафизика и астрономия будут это решительно отрицать.
Медведи могли простить нечаянно появившегося перед берлогой грибника. Но глумления над гелиоцентрической системой и наукой вообще – никогда. Один из них, прикладывая ко лбу холодную мокрую белку, предложил поступить с охотником как с Джордано Бруно. Привязать к столбу, обложить хворостом и съесть.
Но тут с неба повалил снег. Ежи поползли в норы, медведи направились к берлогам. Глухари уснули на берёзах и стало тихо. С неба шёл густой снег. Осмотревшись, охотник воткнул лыжи в землю и быстрым шагом направился на восток.
В субботу обещали снова хороший минус. Это Новосибирск, детка.
