3️⃣6️⃣ Про шум во дворе

[octavia]

Колдунья Презлющая сидела как на иголках. Ей не терпелось подняться в свой чародейский кабинет и заглянуть в чашу с водной гладью, чтобы узнать, как подействовали её сверхсильные и крайне опасные заклинания, а вместо этого приходилось принимать послов из Западных Земель, потом следовало присутствовать на устроенном в их честь пиру, вечером же планировалось выступление заезжих факиров и фокусников. Ну ни минутки на личную жизнь! Однако государственные обязанности никто не отменял, опять обновление гардероба к новому сезону шло полным ходом, и на полдень была запланирована очередная примерка в мастерских белошвеек – как пропустить? И Колдунья Презлющая попала в свои тайные покои только поздним вечером. Спать хотелось страшно, но она, зевая во весь рот, произнесла положенное заклинание над гладью воды и с остервенением потёрла глаза. Однако это не очень помогло прийти в себя. Гораздо эффективнее сработало проявившееся изображение на чуть дрожащей поверхности заколдованной воды. Презлющая замерла аккурат в середине процесса зевания.

– Что? – прохрипела она.

Протёрла глаза, сощурилась (мало ли, может, зрение подвело с устатку?), потом ущипнула себя (ну вдруг она всё-таки заснула?). Но нет, картинка оставалась неизменной.

– Что такое? – возмутилась Колдунья уже в полный голос. – А ну звук дай, караба-бараба!

Водица послушно добавило акустической информации к изображению.

***

– Стой, ать-два! Разгу-у-у-ужай!

Отряд скорой помощи резко тормознул на подворье Избушки На Курьих Ножках, четыре богатыря под руководящий счёт сняли с плеч носилки с обморочным Яриком, опустили их на землю и замерли. Из Избы выглянул Кот.

– Это кто там? – поинтересовался он.

– Лекарь Ведагор прибыл с пациентом, – отрапортовал знахарь, аккуратно обойдя группу замерших стрельцов.

– Яги Матвевны нету, отбыла по важным делам, – заявил Кот. – Просителей не принимаем временно. Приходите позже.

– Так мы по её указаниям и доставили сюда Яромира Кащеевича, – пояснил Старшой. – Куда положить его? Не на дворе же оставлять.

– Кого-кого? – переспросил Кот, потеряв загадочную важность.

– Яромира Кащеевича! – в полный голос гаркнул Старшой. – Велено доставить прямиком к Яге Матвеевне, если не сможем помочь на месте.

– Ярииик! – вскричал Кот и ринулся через весь двор на грудь к пострадавшему. – Да что так? Да как так? И Яги-матушки нету! Что делать-то? Как быть?

– Цыц! – командным голосом прервал котовьи причитания вышедший на крики из дома Домовой. – Сюда, пожалуйста, несите, добры молодцы. Уложим в светлице. Сами-то мы его никак не переместим, возраст, знаете ли…

Кот не слушал разумных речей Степана Ильича. Он, в лучших традициях ритуальных плакальщиц, взвыл и кинулся на грудь Ярика с невнятными причитаниями. Обнял его за шею, подвывая. Ажиотажу добавили крики Козлика и всхлипывания Пёсика, решившие поддержать инициативу Кота, хотя оба пока не разобрались в причине переполоха.

– Цыц, я сказал! – сердито проговорил Домовой, шустро протопал через весь двор и за шкирку снял Кота с Ярика. Тот даже не успел возмутиться бесцеремонностью Степана Ильича, да и лап не разжал, вот и снят был вместе с зацепившимся за коготь медальоном. Только было открыл рот, чтобы высказать всё, что думает о ситуации, как…

– Ой, а где это я?

Все присутствующие повернулись на голос и остолбенели.

Ярик сидел на носилках и в изумлении оглядывался.

Домовой разжал кулак, Кот выпал из его руки и с криками – теперь уже радостными – кинулся снова к Яромиру-царевичу.

– Очнулся! Живой! Ааа! Оооо!

***

Колдунья Презлющая мрачно дунула на воду. Изображение пропало. Чародейка крепко задумалась. В воздухе запахло грозой…

(с) Дара Сказова

---

🪻 (2 весенних слова: Обновить гардероб + Запах грозы)