— Так, и кто украл пирожки? — возмущённо вопросила мама-ежиха, предъявляя семье пустое блюдо, где уже даже запаха от свежевыпеченных пирожков не осталось.
— Не я, — открестился папа-Ёж (что логично, ибо он только что вернулся из творческого угара, а туда пирожки не проникают).
— Не я, — добавила бабушка Ёжка, втыкая иголку в подушечку. Стало быть, она весь вечер занималась шитьём, а в такие моменты ей не до пирожков.
— Не я, — ответил Ежи, с трудом вырвавшийся из виртуального мира, подталкиваемый лапой мамы-ежихи.
— Ну и не я, — протянула Ежиня. Ей сразу все поверили, потому что с лета юная ёжка сидела на строжайшей диете, питаясь исключительно заячей капустой.
— Не я, — повёл носом Фыр-фыр. Мама-ежиха грозно посмотрела на младшего сына, но вспомнила, что он совсем-совсем не любит пирожки с капустой.
И в растерянности оглядела семью.
— Если никто из нас не ел... — протянула она.
— А ты их вообще пекла? — бестактно поинтересовался Ёж Ежович, получив от супруги гневный взгляд и чувствительный тычок в бок.
— Разумеется!
— Значит, на территории моего дома произошло ужасающее преступление! — воодушевился папа-Ёж, в котором мгновенно взыграла творческая жилка писателя.
— И что из этого?! — взвилась мама-ежиха.
— Это же такая возможность! Детектив в режиме реального времени!
— Кто будет расследовать?
— Можно я?
— Можно. Приступай.
— Так. Сначала надо понять, кому это выгодно.
— Получается, что кроме Фыр-фыра и Ежини — всем.
— А кто мог это сделать?
— Тоже все.
— Как быть?
— Нет, я не могла! Я занималась йогой на лужайке.
— Весь день?
— Весь день.
— Значит, у Ежини не было причины и не было возможности. Вывод: пирожки украла она.
— Браво!
