Что было:
1 Жил-был у бабушки серенький козлик
2 Жил у хозяюшки беленький козлик
3 Вздумалось козлику в лес погуляти
4 Остались от козлика рожки да ножки
5 В дремучем лесу затерялась избушка
Утром принимала Яга докладчиков. Сначала Поликарп Сергеич отметился с информацией, что лужи в лесу принудительно осушили методом закапывания. Далее заскочила Сорока, заявила, что более жертв водицы не появилось. Оба докладчика внимательнейшим образом осмотрели козлёночка-ребёночка, но от комментариев воздержались. Франсуазик же и вовсе взглядов этих не заметил, поглощённый поглощением наивкуснейших пирожков с брусникой, которые Ягуся успела напечь ранним утром. Гостей-то она свечеру напоила-накормила, как положено, а спать на печке постелила. А сама всю ночь бессонницей промаялась, так что времени на хозяйство у неё прорва было.
А затем явился и ожидаемый правнук Яги – второй сын царицы Марьи да царя Кащея. Он родителями к родственнице был послан с гостинцами, поклонами и помощью по хозяйству. Его-то Ягуся и снарядила: сначала огород вскопать, потом на рынок слетать, а напоследок и вовсе на Козельские озёра отправила за водицей.
– И зачем же тебе, бабенька, водица козлиная? – поинтересовался Ярик, вытирая пот со лба. – Нешто Лешего напоить удумала?
– Вот ещë! – хихикнула Яга. – Но идея интересная...
Она задумалась на мгновение. Козлёночек-ребёночек деликатно кашлянул с дальнего конца лавки.
– Будь здоров, хлопец! – отреагировал Яромир-царевич.
– Спасибо, – прошелестел Франсуазик.
– Вот ему водица и нужна, – ткнула в него пальцем Ягуся.
– Ой! – сказал Ярик. – Зачем же хлопчика такого складного в козлёночка обращать?
– Потому что он козлёночек и есть, – серьёзно ответила Несмеяна.
И глаза опустила. Уж очень нестерпимо прекрасным казался ей правнук хозяйки избушки на курьих ножках: глаза голубые-голубые, как небо в ясный летний день, волосы светлые-светлые, как пшеница спелая под этим небом, черты лица ладные, характер улыбчивый – мечта любой девицы на выданье. А что Несмеяна-то? Она на выданье и есть. Яромир-царевич тоже смущался и взор отводил, чтобы в лицо её прекрасное не смотреть, зато украдкой и личико девичье рассмотрел во всех подробностях, и фигуру дивную отметил. Кот с Ягусей только переглядывались да в усы усмехались. А смущающаяся парочка с облегчением взоры на Франсуазика перевела. Тот закраснел-заалел от смущения, но дар речи не потерял.
– Да, козлёночек я, – подтвердил. – Вот только не нравится мне человечком быть! Хочу обратно свои рога и копытца! Не потеряла ты их, хозяюшка?
– Нет-нет, – заверила Несмеяна и похлопала по карману своей прекрасной юбки с вышитыми птичками.
– Вот! Пирожки с брусникой вкусные, конечно, бабенька, вот только мне травка больше по душе, – Франсуазик запихнул в рот ещё один пирожок.
– Живот заболит, – предостерёг его Кот, но ребёночек отмахнулся.
– Так что вот тебе фляга, седлай свою Сивку-бурку да скачи, мил дружок! – Ягуся сопроводила каждую устную инструкцию действиями и жестами. – За день обернёшься. Да гляди! Воду сам не пей! Про Козельские озёра помнишь? Они волшебные, заколдованные – на их берегах всяк пить хочет. Ты уж продержись. А то у меня противокозлиные зелья закончились давно. А новые мухоморы только летом следующим будут.
Снарядила Ягуся Ярика, в лоб поцеловала (пришлось ему для этого чуть ли не вдвое сложиться) да и Сивку-бурку по крупу шлёпнула, чтобы быстрее та неслась через леса и горы, реки и озёра. Царевич взгляд прощальный не бабеньке своей отправил, а на Несмеяну-красавицу оглянулся.